RSS Контакты
Азербайджанская Республика

Отражение мирового нефтяного столкновения в дальневосточном направлении на рубеже XIX-XX веков

26.09.2012 | Ислам: прошлое и настоящее

Развитие российской нефтяной промышленности в последней трети XIX в. привело к борьбе мировых геополитических центров за контроль над бакинским нефтяным богатством и его доставкой в другие регионы планеты. В этом контексте под особым углом высветилось дальневосточное направление. Одним из важнейших шагов России в данном векторе стала реализация идеи о создании Великого Сибирского рельсового пути (ВСРП), планировавшегося в качестве замены Суэцкого маршрута к Дальнему Востоку(1).

Путь к Дальнему

В 1891 г. началось строительство Транссибирской железнодорожной магистрали, должной связать Владивосток с Санкт-Петербургом. А спустя два года увидела свет Записка сотрудника Азиатского департамента МИД России, по совместительству крестника императора Александра III и специалиста по тибетской медицине Петра Бадмаева российскому государю: "О задачах русской политики на Азиатском Востоке". В документе, рассматривавшим возможность присоединения к России Монголии, Китая и Тибета, отмечалось, что, по завершении ВСРП, "вся" китайская торговля "попадет в наши руки, европейцы не в силах будут с нами конкурировать", несмотря на наличие в их распоряжении водных путей. С вводом  этой линии "начнется финансово-экономическое могущество России"(2).

Уже осенью 1893 г. в Петербурге был основан «Торговый дом „Бадмаев и Ко"», одно из важнейших головных подразделений которого (в Чите) разрабатывало планы покорения Дальнего Востока. Строительство шло усиленными темпами. Через некоторое время  министр финансов России того периода Сергей Витте отмечал, что ВСРП "являлся действительно транзитным, мировым путем, соединяющим Японию и весь Дальний Восток с Россией и с Европой". С приближением пути к Забайкалью, С. Витте актуализировал аспект дальнейшего доведения ж/д "во Владивосток, перерезывая Монголию и северную часть Манджурии". Решение вопроса заключалось в достижении "этой цели путем миролюбивым, основанным на взаимнокоммерческих выгодах"(3/а).

В свете реализации вышеозвученных идей власти России решили предпринять необходимые внешнеполитические шаги, в результате которых в мае 1896 г. Петербург и Пекин, "желая укрепить счастливо восстановленный на Дальнем Востоке мир и охранить азиатский материк от нового чужеземного вторжения, решили заключить между собой оборонительный союз", согласно которому началось сооружение Китайско-Восточной железной дороги (КВЖД). Правда, в договоре подчеркивалось, что соединение ж/д линии через китайские Амурскую и Гиринскую провинции, в направлении на Владивосток, с русской ж/д "не может служить предлогом к какому-либо захвату китайской территории"(4).

С другой стороны, в подписанной в конце лета того же года в Берлине российско-китайской конвенции, оговаривавшей условия строительства магистрали, фиксировалась допустимость отправки войск и российских военных материалов "транзитом по этой линии", т.е. "с одной русской станции на другую", без "остановки в пути, под каким бы то ни было предлогом"(5).

Говоря другими словами, Петербург не имел возможности  расквартировывать свои войска на территории Северной Маньчжурии. Но в реалии, главной целью конвенции являлось прикрытие факта предоставления российской стороне концессии на ж/д от Читы до Владивостока через Маньчжурию. Строительство же КВЖД, как южной ветки Транссибирской магистрали, являлось составной частью проникновения России в Маньчжурию и Корею, что укрепляло российское военное присутствие на берегах Желтого моря.

Тем самым, Петербург, подготавливая альтернативу Суэцу, создавал условия для обеспечения ее безопасности. Конечно, эти шаги России были прочитаны Лондоном, несмотря на дипломатическую ремарку тогдашнего министра иностранных дел России Алексея Лобанова-Ростовского (в адрес британского премьера и мининдела Р.Солсбери), о предназначенности Сибирской ж/д, "кроме прочего, для облегчения перевозки наших сухопутных сил", вне ее "влияния на морские перевозки", требующихся "ввиду прогрессирующего развития наших отношений с Дальним Востоком»(6).

Вместе с тем, весной 1896 г. между Россией и Японией  был подписан Московский протокол, в неафишируемых статьях которого стороны,  "вследствие какой-нибудь внутренней или внешней причины", оставляли за собой право ввода в Корею "войск сверх того количества, которое необходимо для безопасности их подданных и для охраны телеграфных линий"(7).

Т.е. Петербург и Токио установили военную курацию над Кореей.

Фактор А. Безобразова. Китай в капкане

А уже вслед за этими шагами начинается период фактического раздела Китая. При молчаливом согласии Петербурга  в ноябре 1897 г. Германия, чуть ранее ставшая  обладателем концессий на проведение сети ж/д на Шандуне, захватила порт Циндао. Скорее всего, Россия даже ожидала эту акцию, позволявшую ей еще дальше продвинуться в овладении регионом, посему и не отреагировало на просьбу китайской стороны о вмешательстве.

Согласно С.Витте,  тогдашний российский мининдел Михаил Муравьев настаивал занять Порт-Артур или Дальний (входили в Ляодунский п-ов), подчеркивая стратегическое значение этих портов. Довольно интересно утверждение С.Витте о его несогласии с этой идеей, которая "несомненно возбудит Китай", не позволяя, к тому же, "отнестись равнодушно" к ней Японии и Англии.  

Однако, признание С.Витте того факта, что "Порт-Артур и Далянь-ван, очевидно придется тогда соединить с восточно-китайской дорогой" в целях "хоть таким образом как-нибудь обеспечить прочность владения этими пунктами"(3/а), свидетельствует об ожидании им именно такого развития событий. Как бы то ни было, в 1897 г. российский флот  оказался в гавани Порт-Артура. Российско-китайская конвенция 1898 г. гласила, что "император китайский соглашается предоставить российскому правительству в арендное пользование порты Артур (Люшунь-коу) и Та-лянь-вань (Дальний - прим. авт.) вместе с прилегающим к этим портам водным пространством". Т.е. Пекин предоставлял России на 25-летний арендный срок фактически весь Ляодунский полуостров, причем с распространением концессии Общества КВЖД на продолжение ж/д "от одной из станций магистральной линии до Та-лянь-ваня, а также, если в том окажется необходимость, от той же магистральной линии до другого более удобного пункта на побережье Ляодунского полуострова между городом Ин-цзы и устьем реки Ялу"(8).

Довольно интересно вторжение  на Ляодунский п-ов оценивал С.Витте, согласно которому  последствия захвата (именно так!) Квантунской области "несомненно" будут, "на основании документов", выяснять историки", т.к. происшедшее "представляет собою акт небывалого коварства"(3/а).

С.Витте явно говорит между строк, но даже из сказанного им дипломатическим языком явно усматривается наличие заинтересованности у определенных политических сил внутри России в агрессивном развитии внешнеполитических шагов на Дальнем Востоке.  В контексте чего целесообразно обратить внимание на появление на исторической арене на рубеже 1896-1897 гг. знаковой фигуры.

По словам С. Витте, "некий отставной ротмистр кавалергардского полка [Александр] Безобразов" начал "проповедывать" активизицию попыток Петербурга "добиваться нашего влияния" посредством "установления в Корее различных концессий", имеющих "по виду совершенно частный характер", но в действительности "поддерживаемые и руководимые правительством", постепенно, "по системе паука", могущих захватить Корею(3/б). Речь идет о подготовленном А. Безобразовым документе, предсказывающим неизбежность русско-японской войны (вследствие проведения наступательной политики Японии в Корее и Маньчжурии") и предлагавшим создать в Маньчжурии, по границе с Кореей, вдоль реки Ялу, особые заслоны. Виделись они непосредственно коммерческими предприятиями, которым было вполне по силам произвести постепенное мирное завоевание Кореи. Данную "мысль Безобразов представил" не только члену Госсовета графу Воронцову-Дашкову, при ком состоял "молодым офицером" в бытность того "начальником охраны" Александра III - прим.авт.), но и "подъехал с этою же самою идеей к Великому Князю Александру Михайловичу"(3/б).

Русский писатель, журналист, военный корреспондент периода русско-японской войны генерал-лейтенант Владимир Апушкин обобщил происходящее в следующей тональности: "Каждый день на международный рынок выносилась какая-нибудь новая корейская ценность". Так появилась "концессия на эксплуатацию лесов Северной Кореи". Из-за опасения ее приобретения Японией, "под видом работников" могущей водворит "на границе русско-манчжурской территории новую японскую армию", лоббировалась идея создания "между нами - в Манчжурии и японцами - в Корее нейтральную полосу земли частного пользования", благодаря коей облегчалось заблаговременный контроль движения японских войск к российким границам(17). Правда, хотя В. Апушкин практически однозначно предоставляет происходившему "оборонно-разведывательный" фон, здесь явно просматривалась (во всяком случае, на том этапе) экономическая составляющая.

В любом случае, вслед за российско-китайским договором 1896 г., о котором говорилось чуть выше, власти Кореи предоставили русской стороне концессию на эксплуатацию лесов на р.Тумень возле пограничной реки Ялу и о-ве Дажелет. "Официальным" владельцем лесной концессии на Ялу оказался владивостокский купец 1-ой гильдии Юлий Бриннер (Бринер), подписавший с корейским правительством соглашение об образовании "Корейской лесной компании", с предоставлением ей на 20-летний срок права на оговоренном участке возводить здания, строить дороги, проводить телеграф и т.д., т.е. фактическим управлять Северной Кореей. Ну а весной 1898 г. до царских властей было доведено предложение А. Безобразова о создании специальной экспедиции для исследования перспектив северокорейской территории. Царь Николай II дал добро на организацию лесных разработок на р.Ялу и строительство деревообрабатывающих фабрик.

Так что вряд ли случайным совпадением можно назвать появление той же весной 1898 г. российско-китайской конвенции о Ляодунском полуострове, по результатам которого  началось строительство Южно-Маньчжурской ветви (ЮМЖД) КВЖД от Порт-Артура до ст. Куаньчэнцзы. По словам будущего агента министерства торговли и промышленности в Российском генеральном консульстве в Шанхае с 1912 г. и консула Финляндии Георгия Сюннерберга, с получением Ляодунского п-ова Россия, имея возможность "посылать свои товары по водам Тихого океана во все стороны мира" и "обладая, наконец, прекрасным незамерзающим портом", могла бы "в должной мере развивать свой торговый флот", конкурируя на рынках Дальнего Востока со "старыми соперниками"(9).

Безусловно, такое продвижение Петербурга не могло не обеспокоить Англию, Японию и США. По словам В.Апушкина, все коммерческие сношения Кореи с иностранными рынками велись только при посредстве японских банков. Японцы обслуживали железные дороги и порты Кореи своим торговым флотом; обеспечивали строительство в Корее новых ж/д путей; эксплуатировали золотоносные земли, "водворив для этих работ в стране целую армию японских рабочих". Англичане владели таможнями и лучшими золотыми рудниками. Американцы - трамваями в Сеуле (17).

Как задавался по горячим следам вопросом в тот период судовой врач сибирского флотского экипажа и тихоокеанской эскадры, будущий издатель-редактор журнала "XX век" Василий Черевков, "в виду занятия Германией Киао-чау, Россией Порт-Артура и Талиенвана, - трудно сказать, что станется с Вей-ха-веем...Говорят будто Англия займет его. Кто знает? Дальний Восток полон теперь грозных неожиданностей!"(10).

Британцы и не собирались молчаливо сносить развитие становившегося реальным евро-азиатского блока. В условиях получения Берлином от османского султана концессии на строительство Багдадской ж/д и удлинения Транссибирской магистрали Лондон не исключал возможного германо-российского тандема. В случае признания сторонами внешнеполитических заявок Японии, к гипотетической оси мог оказаться подсоединенным и Токио. Однако, интересы Японии Берлином и Петербургом не учитывались, в связи с чем Токио, форсируя строительство морского флота и укрепляя порты, принял сторону Англии. Заручившись предварительным добром Токио, весной 1898 г. англичане захватили порт Вей-ха-вей и на условиях аренды (по типу Ляодуна), получили п-ов Цзюлун (аналогичным образом Франция приобрела Гуанчжоу, завладев впридачу ж/д концессиями). Китай фактически оказался разделенным между европейскими государствами.

Вряд ли смириться с таким развитием  событием готовы были в США, т.к. невмешательство неминуемо вело не просто к окончательному поражению Вашингтона нефтяном "поле", а и к оказанию страны на захолустье мировой политики.

США и Дальний Восток. "Боксерское" восстание

Как представляется, США, отчетливо осознавшие невозможность нефтяного закрепления на Дальнем Востоке экономическими средствами, решили подойти к региону, битва за который определяла геополитику того периода, с другого берега. На фоне строительства Вашингтоном современного военно-морского флота, США активизировались "наступательно-внешнеполитически". 

В 1898 г. были аннексированы Гавайи, после чего началась атака на колониальные завоевания Испании (посредством объявления стране войны и признания в августе испанской капитуляции). К США отошли Пуэрто-Рико, Гуам и Филиппины, что имело важнейшее перспективное значение для Вашингтона. Если Пуэрто-Рико рассматривалось в качестве морской базы в ракурсе планируемого Панамского канала, Филиппины фактически явились путем для проникновения в Китай.

Естественно, закрепление в этих стратегических "точках" объяснялось намерением привнесения американцами в страны "цивилизации и христианства", ну и конечно-же, воспитанием "демократических традиций". Наверное, именно в целях реализации данных пунктов в 1898 г. в США был создан Комитет по американским интересам в Китае. Ну а в 1899 г. госсекретарь Джон Хей сформулировал и довел до мировых держав принципы т.н. "политики открытых дверей" в отношении Поднебесной. Так, в сентябрьской ноте посла США британскому премьеру подчеркивалась надежда на сохранение там "открытого рынка для всей мировой торговли", устранение "всех опасных источников международного раздражения", а тем самым на ускорение "совместных действий этих держав в Пекине", с целью проведения административных реформ, "столь необходимых для укрепления Императорского Правительства и сохранения целостности Китая"(11). 

В документе называлось неблагоразумным вмешательство в деятельность "какого-либо конкретно оговоренного порта или закрепленную договоренностью заинтересованность в т.н. сфере интересов или на арендованной территории, которая может у него существовать в Китае". Таким образом, хотя внешне речь шла о защите территориальной целостности Китая, в реалии главной целью Вашингтона являлось достижение беспрепятственного проникновения американского бизнеса в контролируемые европейскими державами регионы Китая. Но если Россия принцип "Открытых дверей" не поддержала, американцам удалось склонить на свою сторону европейских лидеров и Японию, опасавшихся распространения влияния в регионе Петербурга. 

Ну а для большей сговорчивости "несогласных" тут как тут оказалось начавшееся т.н. "Боксерское" (Ихэтуаньское) восстание, внешне воспринимаемое исключительно в качестве антиимпериалистической войны Китая. Хотя вся цепь предшествующих событий свидетельствует о неслучайности выступления китайцев именно в тот момент. К тому же настроения восставших подогрела инспирированная в июне 1899 г. публикация во всех(!) газетах американского Денвера о планируемом сносе Великой Китайской стены для ее замены на шоссе (по причине поисках иностранных инвестиций китайским правительством). Причем утверждалось о начале приема заявок на осуществление проекта американскими бизнесменами. Статья, с дополняемыми "подробностями" была помещена во всех центральных европейских изданиях, что должно было подтвердить "жизненость" идеи(12).

Естественно, никаких договоренностей такого рода не было и в помине, но "утка" сработала. А уже далее можно было подогревать толпу. Довольно симптоматично, что одним из первых объектов нападения ихэтуаней (по названию религиозного общества "Ихэцюань" -  «кулак во имя справедливости и согласия», клятвенно провозгласившего борьбу за "уничтожение чужеземцев") стало Германское посольство. Можно согласиться, что гибли многие иностранцы, в т.ч. и по религиозному признаку. Но все же нельзя исключать и возможную адресность направленности "боксеров". Как фиксировал очевидец событий, русский военный журналист Дмитрий Янчевецкий, "строившаяся с величайшими трудами русскими инженерами" Манчжурская ж/д "на половину разрушена". Из-за осаждения восставшими центрального пункта дороги Харбин строители Южного отделения дороги "спасались бегством", около 20 ж/д служащих погибли во время отступления. "Раненых, убитых и пропавших казаков Охранной стражи, а также всех русских, пропавших без вести в Южной Манчжурии, около 150 чел."(13). Практически полностью разрушенной оказалась ж/д колея (из 1400 км в "живых" остались менее 430 км) и необходимая инфраструктура (телеграфные столбы и т.д.).

Параллельно "глас китайского народа" получил и аккуратную антиШелловскую направленность. На фоне резкого падения цен на нефть вследствие дестабилизации в Китае (не к этому ли все было подведено?), во время выступлений были разграблены и серьезно повреждены принадлежащие Shell резервуары и другие сооружения, расположенные в Кантоне, Ханьчжоу, Тяньцзине и Шанхае(14). Обеспокоенный происшедшим Лондон направил в Китай подкрепление в лице британской морской пехоты под командованием вице-адмирала Эдварда Сеймура.

Таким образом, хотя восстание завершилось подписанием осенью 1901 г. т.н. «Заключительного (Боксерского) протокола» между Китаем и европейскими державами, позволяющим последним оккупировать "12 пунктов от побережья к Пекину", российским интересам на Дальнем Востоке был нанесен значительный урон (пусть из наложенной на Китай контрибуции России доставалось 30% репараций). США же, некоторое время назад выступавшие против раздела Китая, новой оккупации страны не противились. А для чего Вашингтону нужно было сопротивление этому "движению", коль США достались 7% репараций, да к тому же гео-конкурентам был нанесен значительный урон?

Ситуация вокруг Shell

Так, в результате деятельности "боксеров" в огромном минусе оказалась Шелл, чему способствовало как предварительное заполнение танкеров фирмы (еще до упадка цен на нефть) закупленным дорого продуктом, так и снижение расценок на перевозки. С учетом усложнения для британцев дел возле островов Борнео с Суматрой, Шелл практически оказался на этапе возможного выхода из Большой игры.

Как бы просчитав данный вариант (или подтолкнув его?), в этот момент тут как тут оказались представители Стандарт Ойла, предложившие выкуп значительного пакета акций компании. Какой из сторон это было важнее, сложно сказать, но, в любом случае, сделка не состоялась. По той простой причине, что  в последние дни 1901 г. возникла новая компания "Шелл транспорт Ройял Датч петролеум компани" ("Бритиш Датч"), название которой все объясняет. Вслед за чем, на основе данной структуры, в июне 1902 г. был образован концерн Asiatic Petroleum Company Limited со включением в него ротшильдовского КЧНО. М.Сэмюэль стал председателем правления,а Г. Детердинг - директором-распорядителем (штаб-квартира оказалась в Лондоне, а не по годам мудрый Г.Детердинг, приняв британское подданство, впоследствие получил титул "сэр").

Однако, на фоне неимоверных успехов созданного гиганта (реализация нефти и нефтепродуктов на Дальнем Востоке и  продукции ост-индийских месторождений по всем регионам), оправиться Шелл уже не смогла, и падение компании продолжалось. Причиной являлось как укрепление позиций  Standart Oil в Румынии, так и очередной демпинг американцев на керосин, вызыванный возросшими потребностями в бензине. Скорее всего, Маркуса от четкого управления своим детищем отвлекали его "социальные" достижения (в 1902 г. он стал лордом-мэром Лондона). (В скобках можно заметить, что в 1907 г. произошло слияние двух "наименований", но при фактической сдаче позиций Сэмюэлем. Shell стала холдинговой компанией, владевшей не более чем 40% вновь созданной Royal Dutch/Shell).  

Невоспринятый Россией сигнал «боксеров»

В преломление же к России, можно считать, что итоги боксерского восстания несли для российского правительства характер тревожного звоночка. Адресность разрушения ж/д ветви, резкое снижение цен на нефть и проблемы Шелл, неявно отразившиеся на развитии российской нефтяной промышленности, вроде должны были бы стать холодным душем для Петербурга. Да, нельзя не согласиться, что и Англия несла значительные убытки от ситуации вокруг Шелл, но Лондон укреплялся в Персии. А вот у России геополитической замены для абшеронского нефтяного фактора не было. Потому "постбоксерская" ситуация полностью удовлетворила Standard Oil, к тому же на фоне явно обозначившихся  англо-российских противоречий.

Однако, как свидетельствуют последовавшие события,  Россия не прислушалась к прозвучавшему геополитическому сигналу. На этапе принятия Россией участие в совместном с другими державами подавлении "боксерского" восстания в Китае, Петербург (под предлогом обеспечения охраны КВЖД), санкционировал ввод российских войска в Маньчжурию. С. Витте признавал осуществление акции для поддержки китайских властей (до прекращения "смуты"). Но и с локализацией ситуации "мы все же оставались в Манджурии". Несмотря на уговоры китайского правительства оставить регион, "мы, тем не менее, под тем или другим предлогом не уходили"(3/б).    

После вступления в силу "Боксерского протокола", российский МИД выступил с инициативой обеспечить вывод всеми странами войск из Пекина. Но при этом Петербург оставлял за собой право дислоцировать "временно" войска в Маньчжурии для охраны разрушенной КВЖД.

Насколько усматривается, в таком развитии событий вновь проявился "фактор А. Безобразова", принявший довольно "массовый" оттенок. Имеется в виду т.н. "группа" А.Безобразова, окрещенная "Безобразовской кликой", в которой оказались будущий российский министр внутренних дел и шеф отдельного корпуса жандармов (в 1902-1904 гг.) Вячеслав Плеве, российский контр-адмирал Алексей Абаза, главный начальник и командующий войсками Квантунской области и морскими силами Тихого океана в 1899-1903 гг. Евгений Алексеев. В "клику" вошли  и др. важнейшие фигуры, приближенные к правительству, в частности, один из учредителей "Священной дружины", ординарец главнокомандующего Дунайской армией (в рассматриваемый период полковник в отставке) Владимир Вонлярлярский; учредитель «Товарищества Митрофаньевской мануфактуры бумажных изделий» помещик Михаил Родзянко. Согласно ряда источников, Николай II также осуществил вложения в начинания. Тонкость же в том, что организованое по инициативе А.Безобразова и В.Вонлярлярского в 1901 г. "Русское лесопромышленное товарищество", с государственной  субсидией в два миллиона, приобрело у Ю. Бринера корейскую концессию. По свидетельству В.Апушкин, лидеры структуры быстро позабыли, что "целью проектированных на Ялу операций является не коммерческая выгода", т.к. лесная концессия - "это лишь политический наблюдательный пункт". "Заправилы Товарищества" стали "торопливо хвататься за новые виды промышленности". Они приобрели Фушунские угольные копи, открыли в Инкоу склад русских мануфактурных изделий, начав "настойчиво домогаться концессии на ж/д Инчжоу-Сеул".

Могли ли в таких условиях другие страны согласиться на официальное закрепление российских войск в Маньчжурии для охраны разрушенной КВЖД, пусть и с объявленным Петербургом "временным" ограничением? Вопрос, конечно, риторический. "Японское правительство видело в операциях Товарищества на Ялу базис к совершенному завладению Кореей; японская печать трубила о коварстве России"(17).

Как следствие, Англия еще более сблизилась с Японией, в начале 1902  г. подписав Договор о союзе. Документ фиксировал наличие «особых интересов» британцев в Китае, а японцев в Китае и Корее. Важнейшим пунктом договора являлись ст. 2 и 3, согласно которым в случае вовлечения Японии или Англии в военные действия с третьим государством, "другая договаривающаяся сторона будет соблюдать строгий нейтралитет". Параллельно декларировалось, что "если при вышесказанных обстоятельствах какая-либо другая держава или державы присоединятся к враждебным действиям против таковой союзницы, то другая договаривающаяся сторона придет к ней на помощь и будет вести войну сообща и заключит мир во взаимном с нею согласии"(15).

Последний пункт явно имел антироссийскую направленность, фактически готовя Японию к войне с Россией. А смысл этой статьи заключался в том, что в случае оказания третьей стороной помощи России против Японии, в военные действия вступала мощнейшая Великобритания. Подтверждает вышесказанное тот факт, что вслед за данным соглашением, Токио призвал Петербург согласиться с японским протекторатом над Кореей в обмен за признание Японией права российской стороны на охрану ж/д полотна в Маньчжурии. Петербург отверг компромисс, а, согласно подписанному с Пекином соглашению, обязался приступить к пошаговой (в полуторогодичный срок) эвакуации Маньчжурии только в том случае, если "не возникнет смут и образ действий других держав тому не воспрепятствует"(16).

Т.е. российские войска фактически остались в Маньчжурии, что свидетельствовало о нежелании Петербурга смягчить агрессивные внешнеполитические акценты. Следовательно, другие заинтересованные стороны прорабатывали меры, направленные на "наказание" России за "непонимание" направленности звонков.

Безусловно, деятельность "Безобразовской клики" подталкивала дальнейшее обострение обстановки на Дальнем Востоке. В свете чего немало наблюдателей определяют череду предпринятых "структурой" коммерческих шагов в корейском направлении (прикрываемых военно-политическими действиями России) не в пользу Петербурга по замыслу и претворению. В этом контексте некоторыми даже не исключается возможное нахождение в "клике" (или в  ее ближайшем окружении) лиц, являвшихся "внутренними проводниками" политики Запада. Направленной на искусственное подталкивание российско-японской войны, разрушительный характер которой должен был нанести огромный экономический урон для России. Согласно С.Витте, министр российский министр внутренних дел Дмитрий Сипягин неоднократно задавал ему вопрос: "Скажи мне, пожалуйста, кто это такое Безобразов, Вонлярлярский и Абаза. Я по всему вижу, что они имеют какое то тайное, серьезное влияние наверху, и очень боюсь последствий тех авантюр, которые они затевают"(3/б). Но ведь другими источниками утверждается, что крупным пайщиком в "Товариществе" был непосредственно российский самодержец, не так ли?

Как бы то ни было, ситуация на Дальнем Востоке обострилась. На повестке дня замаячило русско-японское военное столкновение.

Теймур Атаев, Азербайджан

1.См. подр.: Теймур Атаев. Борьба мировых гигантов за бакинскую нефть в последней трети XIX в.

http://islamsng.com/aze/analytics/5375

2. Записка П.А.Бадмаева Императору Александру III о задачах русской

политики на азиатском востоке

http://abirus.ru/content/564/623/626/632/746.html

3.Сергей Витте. Воспоминания: Царствование Николая Второго.

а/http://az.lib.ru/w/witte_s_j/text_0040.shtml

б/http://az.lib.ru/w/witte_s_j/text_0050.shtml

4. Союзный договор между Россией и Китаем 1896 г.

http://abirus.ru/content/564/623/626/632/743/11215.html

5.Контракт на постройку и эксплуатацию Китайско-Восточной железной дороги. Берлин, 27 августа (8 сентября) 1896 г.

http://hronos.km.ru/dokum/18980908.html

6."Лобанов-Ростовский Александр Борисович (1824-1896)". Статья из "Дипломатического словаря"

http://www.mezhdunarodnik.ru/dictionary/?id=16

7.Русско-японский протокол от 28 мая 1896 года

http://rjw.narod.ru/documents/28051896.htm

8. Конвенция между Россией и Китаем о Ляодунском полуострове 1898

г.

http://abirus.ru/content/564/623/626/632/743/11216.html

9.Георгий Сюннерберг. Русские в Шанхае (до революции 1917 года)

http://russianshanghai.com/history/before1917.php

10.Черевков В.Д. По китайскому побережью

http://www.vostlit.info/Texts/Dokumenty/China/XIX/1880-1900/Cherevkov/text1.htm

11.Нота посла США, врученная 22 сентября 1899 г. лорду Солсбери,

премьер-министру и министру иностранных дел Великобритании

http://www.grinchevskiy.ru/19/doktrina-otkrytyh-dverey.php

12.См."Снос Великой Китайской стены". Статья из Большой Советской энциклопедии

http://www.enci.ru/Снос_Великой_Китайской_стены

13.Янчевецкий Дмитрий Григорьевич. У стен недвижного Китая. Дневник корреспондента «Нового Края» на театре военных действий в Китае в 1900 году

http://militera.lib.ru/db/yanchevetsky_dg/29.html

14.О некоторых предшествующих аспектах места Shell в игре на мировом нефтяном поле см. подр.: Теймур Атаев. Борьба мировых гигантов за бакинскую нефть в последней трети XIX в.

http://islamsng.com/aze/analytics/5375

15.Англо-Японский союз 1902 года

http://hronos.km.ru/dokum/19020130.html

16.Соглашение между Россией и Китаем о Маньчжурии 1902 г.

http://abirus.ru/content/564/623/626/632/743/11217.html

17.Владимир Апушкин. Русско-Японская война 1904-1905 г.

http://abakus.narod.ru/russo-japanese/apushk.htm


URL:
Авторские колонки
Альманах
Ислам в современном мире


Минарет Ислама
Первый российский журнал исламской доктрины

XIII Фаизхановские чтения

Реклама