RSS Контакты
Республика Казахстан

Вызовы сегодняшнего дня для мусульманского мира. Проходимы ли они?

04.10.2010 | Мнения и комментарии

А, может, нет никаких вызовов, а на поверке лишь новые контуры, высвечивающие современную роль и значимость Ислама?

"Чем величественнее существующая вещь, тем более велика

к ней несправедливость, состоящая в неведении о ней"

Ибн Рушд (Аверроэс) - знаменитый западно-арабский

мусульманский философ XII века, 1)

Даёшь светское общество - с религией на обочине жизни?

В последнее время мировое сообщество всё отчётливее подразделяется на две категории: верующие и нет. Хотя, наверное, это звучит не совсем корректно, ведь к верующим относит себя значительнейшее большинство проживающих на планете людей. Скорее, речь может идти о подразделении на соблюдающих (назовём так), и лиц, ратующих исключительно за светскую форму правления. Последние любезно "предоставляют" вере личностное поле, с оставлением религии исключительно духовной сферы: поклоняйся внутри своей крепости… и не более!

В целом, согласно одному из расхожих мнений в светской (да и не только) среде, суть и смысл гражданских прав личности на Западе оказались превалирующими над религиозными (духовными) взглядами отдельного индивидуума. Это привело к утере христианской сути развития социума. Как пишет в этой связи завсектором философии религии Института философии РАН Владимир Шохин, установка на секуляризацию следует в русле европейской "нормативности политкорректности", приведшую должную "быть живой верой" христианскую религию к удовлетворенности своей ролью "культурно-исторической, если не музейно-археологической, традиции".

С его слов, практически полное исключение религии из политико-общественного процесса может ввергнуть обстановку ко временам Римской империи, т.к. не исключено, что в скором времени принадлежность к христианству станет "препятствием для занятия определённых должностей". Мало этого, в условиях чуть ли не единогласного отказа в Европе от упоминания христианства не то что в качестве религии, но и как культурной традиции - недалеко до преследования верующих (2). Скажем, по типу обвинения их в "антисветской ереси".

В свете вышеизложенного, в последнее время в различных электоратах мирового мусульманского сообщества раздаются беспокойные голоса, насколько продуктивным для уммы является межрелигиозный диалог? Введь он всё отчётливее принимает межцивилизационный формат, отражающий как бы беседу секуляристского Запада с верующим Востоком. Говоря другими словами, вопрошается: не приведут ли "внедрямые" в ряд мусульманских стран "просветские" тенденции (открытие филиалов известных западных ВУЗов, доступ к спутниковым каналам и т.д.) к ослаблению потенциала уммы? Не станем ли мы прообразом "верующих секуляристов", постепенно утрачивая исламскую идентичность? (3)

Признаем, что вопросы далеко не праздные, ибо наблюдателями приводятся далеко не единичные примеры некоторого послабления в конфессиональной направленности мусульман, вне зависимости от места проживания. Несмотря на оценку происходящего многими не как "сужение" Акыды (вероубеждения), критики тенденции на сближении не "со своими" убеждены, что это - первый шаг к постепенному нивелированию предписанного Всевышним.

Опять о внешней и внутренней форме поклонения

Именно в преломлении к данному срезу мнений рождается важнейший на сегодня вопрос: всё же насколько реально может идти речь о видоизменении духовной составляющей в умме? Автор сознательно избежал взятия понятия Видоизменение в кавычки. Потому что в реалии беспокоящиеся о начавшемся пути к ослаблению духовности выделяют как раз внешние атрибуты (прежде всего, ракурс "вольности" в одежде). Правда, параллельно говорится о расползании этой линии вглубь и вширь, в частности, в аспекте совершения "неодухотворённого" намаза. Однако, если таковое происходит в той или иной части мусульманского электората, тогда нужно разбираться - что послужило причиной этого? Где истоки? Неужели только в открытии спутниковых каналов или разрешённости совместного обучения мальчиков и девочек?

Возможно, многие положительно ответят на эти вопросы, добавив к ним и ряд других "соответствующих" пунктов. Но разве совместный намаз вокруг Каабы мужчин и женщин приводит к каким-либо мыслям, кроме поклонения Всевышнему? Или прямо-таки все потомки переехавших несколько десятилетий назад в Европе этнических мусульман не посещают мечеть по пятницам, потребляя на досуге спиртное? Отнюдь. Значит, дело в сердце, так сказать. В подходе к вере. Внутреннем позыве. А не в сладостных прикрасах, всё в большей степени поджидающих верующих любой из конфессий на каждом шагу.

Если же копнуть глубже, разговор идёт о "столкновении" чувственно-разумного оттенка прихода к вере с механическим. Упаси Аллах, здесь абсолютно не подразумевается, что-де кто-то слишком "чистый" мусульманин, а кто-то не очень. Речь в корне о другом. Нафс действительно существует и бороться с ним не всегда под силу, к сожалению. Но Аллах ведёт каждого из нас, помогая ощущать надежду на прощение. Автор довольно подробно пытался рассматривать данные вопросы (4), поэтому не останавливается на них. Но всё же, как известно, имеется сила, постоянно пытающаяся раскачать лодку веры. Мягко, ненавязчиво, но весомо и отчётливо. До такой степени, что в конце-концов можно оказаться на поверхности воды. Согласимся, так ведь было всегда. Сатана-то не спит и ведёт работу в этом направлении. А если рядом нет спасателей? Или они есть, но халатно относятся к своей работе? Так что - тонуть? И помогать в этом друг другу?

Одна из распространённых присказок звучит следующим образом: "Спасение утопающих - дело рук самих утопающих". Однако, верующий вполне отчётливо осознаёт, что спасение человека (в глобальном ракурсе) зависит непосредственно от индивидуума несколько в ином контексте (думается, раскрывать эту фразу не нужно).

Значит, в каждом отдельном случае действительно существует личностный фактор. Да и Ислам не приемлет коллективной ответственности. Но, в то же время, умма - понятие социумное. Живущее и развивающееся внутри него. Следовательно, должны быть параметры, характерные для абсолютного большинства сообщества. Наверняка, таковыми являются, прежде всего, составляющие части вероустава. Неизменного ни при каких обстоятельствах и общественно-экономических формациях, ибо это - основа основ веры.

Но ведь рядом (или внутри) существуют другие моменты, форма соблюдения которых или элементы исполнения (внешний аспект) могут разниться – с безусловным сохранением внутреннего отношения к вере и религии. Естественно, также проявляются определённые культурно-ментальные различия. Но это, скажем, частности.

Мы всё же говорим чуть о другом. А именно, о разнице в оценке складывающейся ситуации в мире, вокруг каждого и раскинутой по всей планете уммы в целом.

Каковы должны быть пути к решению назревающих проблем? В контакте с кем-либо из "не своих", или самостоятельными? А направления их реализации (вне зависимости от ответа на предыдущий вопрос)? Невозможно без вдумчивости ответить на вызовы современности. Да и... вызовы ли это? Может, наоборот, на наших глазах получает развитие ситуация, где роль и значимость Ислама приобретает новые краски? Вряд ли кто сегодня в силах представить однозначно готовый взгляд на озвученное. Но ведь мы обязаны (в буквальном смысле слова!) приблизиться к пониманию происходящего вокруг нас, да и с нами, прежде всего. Потому что без разбора структуры текущего момента говорить о перспективах, а, тем более, путях их достижения уммой, просто-напросто не получится.

Автор пытался в общих чертах подойти к этой теме (5) - в ракурсе же рассматриваемого попробуем рассмотреть обстановку с другого угла. Безусловно, легче всего избежать входа вглубь происходящего, обвинив в наших внутренних проблемах внешний мир. Но не просматривается ли тут противоречие Откровению, согласно которого всё в руках Аллаха? И не разумение ли аятов должно двигать нас вперёд? В любом случае, списывать наши внутренние "духовные" проблемы на кого-либо или что-либо - мягко, говоря, неисторично, да и не религиозно.

Структура момента сегодняшнего дня

Однако, при всём при этом, на вышеописанном фоне Исламу по-прежнему удаётся позицинировать себя силой, способной привлекать в свои ряды всё новых последователей. Причём за счёт противопоставления идее "чистого" секуляризма духовной производной. Читатель может усомниться - а как же сказанное в предыдущей главе? Но в ней отмечались частности, в целом же - на сей момент ситуация в исламском сообществе иная. Давайте послушаем директора Международного института исламской мысли - МИИМ (США) Абд ал-Хамид Абу Сулаймана.

С его слов, сегодняшний вызов мусульманскому миру со стороны Запада затрагивает, в первую очередь, сферу науки и технологий, в то время как умма претендует на превосходство над Западом в духовном, моральном и социальном плане. Но при этом Запад "не имеет достоверного, надёжного источника знаний о том, где следует провести границы свободы человека и увязать её с интересами общества". Такой источник – Божественное откровение – есть только в Исламе, но мусульмане всё больше приходят к выводу, что в остальном мире "останутся невосприимчивыми к моральному и духовному посланию Ислама до тех пор, пока мусульмане не смогут ответить на брошенный им вызов"(6).

Наверняка, не все согласятся с трактовкой учёного, однако его оценка происходящего представляется весьма здравой. Другое дело, каким образом добиться того, чтобы "духовный" голос мусульман был услышан мировым пространством? Согласимся, что на сегодня во многих электоратах как раз-таки явно чувствуется боязнь именно этого голоса.

Безусловно, одна из важнейших причин этого просматривается в открытой и завуалированной антиисламской пропаганде, нередко ведущейся тончайшими красками. В частности, преподнесении Ислама доминантой, чуть ли в одиночестве виновной в терактах и войнах планетарного масштаба последних десятилетий. Но давайте будем откровенны: только ли вследствие этого мировое население не воспринимает, да и боится, исламскую составляющую? Может, пугающиеся духовного "биения исламского сердца" трезвомыслящие люди опасаются ещё чего-то?

К сожалению, даже беглый анализ выходящих на Западе статей и монографий по этой тематике отчётливо свидетельствует (пусть и в завуалированной форме), что нередко сей электорат не считает мусульман равноценными партнёрами в беседах и дискуссиях. Естественно, для значительного взаимопонимания в немалой степени создаются искусственные препоны, что накладывается на обоюдное, мягко говоря, недоверие.

Но, наряду с этим (и иными внешними факторами), мы должны найти в себе силы признать определённые минусы в самой умме. Как бы ни прискорбно это ни звучало, мы нередко страдаем из-за определённых пробелов в нашем образовании - когда не можем отпарировать или привести контраргументы при обсуждении тех или иных вопросов. Тем самым, исламский мир не всегда может создать адекватную интеллектуальную нишу для общения с западным сообществом.

Это не позволяет привлечь внимание к собственной концепции миропорядка (на основе духовного фактора).

Читатель может отпарировать, что-де последний и без нас общеизвестен. Однако, одно дело теория или примеры из истории, другое - реальное восприятие со стороны исламского собеседника из крови и плоти. Как представляется, именно в этих рамках кроется тот неиспользуемый уммой задел, должный, как минимум, видоизменить первичное негативное отношение к последователям Ислама в немусульманской среде. Автор готов выслушать в этой связи возражения, в частности, что мусульмане не нуждаются в чьём-либо одобрении или поддержке собственного видения мира. Пусть так. Но раз уж глобализирующийся с космической скоростью мир приводит к постоянным контактам всех со всеми, мы просто-напросто не можем поместить себя в железобетонный панцирь или спрятаться в специально сконструированную форму (к тому же, если хотим реализовать желаемое).

Следовательно, нужно предусмотреть выработку шагов, могущих приблизить к нам мировое сообщество, в особенности, в условиях всё более прогресирующего духовного голода на планете. По мнению автора, одной из важнейших линий по достижению этого может стать выход на новый уровень интеллектуальной составляющей уммы.

Это подверждается вниманием президента Североамериканского совета по фикху, одним из активистов МИИМ Таха Джабиром аль-Альвани к двум важнейшим вопросам: "1. Как нам преодолеть интеллектуальный паралич, поразивший сознание мусульман? 2. Какие меры, помимо выявления причин кризиса и трансформации мыслительной методологии, необходимо предпринять для преодоления духовного кризиса, в котором мы оказались?"(7).

Насколько усматривается, серьёзный взгляд на проблему в определённой мере позволит определить: как оценивать "инициированные" (в понимании многих) "шероховатости" в соблюдении исламских традиций? Во-вторых, приблизиться к пониманию: на какой основе мусульмане могут реально продвинуть в планетарном масштабе духовную составляющую? Тем более, что именно данный пласт, хочет кто это признавать или нет, является стержневым для определения сути Ислама.

Общество с религией и знаниями. Возможно ли такое? Субъективно о месте Ислама в современном мире (прислушиваясь к А.А.Сулайману)

К сожалению, как видно из вышеизложенного, в настоящее время умма оказывается как бы под двойным прессом: с одной стороны, внутри неё хромает образование; с другой - идёт пропаганда опасности усиления тенденций на развитие контактов не "со своими". Давайте попытаемся рассуждать совместно: каким образом ликвидировать пробел, идущий по счёту первым? А.А.Сулайман подчёркивает непрепятствование Ислама развитию науки и техники (благо у мусульман наличествуют необходимые для этого материальные ресурсы). Но при этом мыслитель очерчивает важнейшую проблему мусульманского мира, заключающуюся в наличии подхода, в буквальном смысле затрудняющего приобретение научных знаний. Это приводит к отсутствию психологической подготовленности к изменениям в мире (хотя стремление к знаниям является религиозной обязанностью). Следовательно, проблема "сидит" в сфере мышления, подразумевая её решение в области образования, являющейся средством формирования психологии детей – будущих членов мусульманского сообщества.

Но важность получения нового багажа знаний также высвечивается из-за актуальности как правильной оценки складывающейся обстановки, так и приближения к выработке решений, должных повысить внутренний потенциал уммы - в качестве первого шага по продвижению сообщества к прогрессу. Тут-то и просматривается необходимость (даже не целесообразность!) восполнения общеобразовательного уровня мусульман. Данный ракурс получил на сегодня определение "исламизация знаний".

Она базируется, согласно Сулайману, "на приоритете исламских источников знаний" и подразумевает "всеобъемлющую, системную методологию", на основании которой вполне могут получить разрешение проблемы, "возникающие в различные времена и в различных точках планеты".

Иными словами, исламизация знания (араб. Исламийят ал-ма'рифа; англ. Islamization of knowledge) - это новая научная методология, исламский метод познания и извлечения необходимых знаний из исламского и мирового наследия, разработанный ведущими учёными, работающими в различных отраслях науки.

Выработка нового методологического подхода к изучению Ислама и исламского наследия позволит подступить к разрешению ряда проблемных аспектов исламской мысли. Не вдруг или спонтанно, а вследствие синтеза социальных наук с наработками исламской цивилизации. С акцентированием внимания не на какие-то отдельные пласты, а многогранность, включающую политико-социальный и научно-экономический фон - ведь пробуждение последних однозначно зависит от образовательной сферы, требующей разностороннего формирования.

Конечно же, Коран и Сунна - основные источники развития личности. Но с дополнением познаний социальными дисциплинами мы становимся сильнее! Ведь таким образом мы преломляем получаемую информацию на слова Аллаха. Важнейший нюанс развития ситуации в данном векторе в том, что высокий образовательный уровень уммы послужит успеху в нескольких направлениях одновременно. В частности, интеллектуальный ракурс позволит воспринять Ислам в совершенно новом одеянии. Прочувствовав, ощутив и уразумев его как тот образ жизни, что не приветствует механическую форму поклонения. В таком случае никакие телевизионные каналы, соблазны и прикрасы не смогут отвлечь человека от следования вероуставу. Вернее, дьявол попыток не оставит, и борьба с нафсом не исчезнет вдруг. Но в глобальном смысле - сердце будет стучать в одном направлении.

Конечно же, когда говорится о современных вызовах для исламского мира, каждый может оценивать сказанное по-разному. На взгляд автора, всё подразумевающееся под "вызовными" атаками вполне проходимо. Причём не в плане обойти или избежать столкновения, а в корне наоборот. Победить их интеллектуально. Духовно. Если ум, познания и логика позволят продемонстрировать выдающийся потенциал уммы в планетарном масштабе, то не за горами и переход к следующей стадии наших действий – к демонстрации преимущества духовного над мирским. Ибо, укрепившись внутренне (осознание и прочувствование Ислама), мусульмане вполне уверенно войдут во внешний мир.

Вслед за этим, осуществляемый на основе исторических прецедентов, логических выкладок и т.д., анализ позволит не столь сопротивляться "вызовам современности", сколь самим порождать новейшие тенденции и идеи в рамках Откровения. Вот этот интеллектуальный уровень, как представляется, может привести к уважению немусульманской частью планеты приверженцев Ислама.

Тогда и духовное лидерство вполне может быть ими воспринято, так как проявление интеллектуального потенциала не вызовет препон для восприятия духовной высоты мусульман. И преуменьшит количество операций по вставлению палок в колёса при нашем намерении вести за собой к прогрессу планетарное население.

Кто-то может посчитать данный сценарий утопией. Однако, история уже сталкивалась с подобным. В конце-концов, непосредственно исламская цивилизация явила миру все современные науки (гуманитарные и точные). Тогда осуществилась исламизация античного наследия: путём включения в исламскую сферу античного знания, с отделением от инородного мировоззренческого содержания. Так по какой причине не разрулить сегодняшние планетарные проблемы, опираясь на выработанную в духе времени методологию подхода к решению животрепещущих вопросов?

Посему и возможно завершить данный материал изречением выдающегося Ибн Рушда, с цитаты которого мы начали это исследование. Его же высказыванием поставим... многоточие: "Правильное знание - это познание Всевышнего и прочих существующих вещей такими, как они есть"(1).

 

1. Ибн Рушд. Рассуждение, выносящее решение относительно связи между религией и философией

2. Владимир Шохин. Христианство как религия политкорректности в современной Европе: иллюзия и реальные перспективы

Интервью В.К.Шохина порталу bogoslov.ru

3. Об отдельных деталях этой тенденции см: Яркая многоцветность Катара, Или о путях сохранения исламской самоидентичности в современных условиях

4. Грехи, переживания и надежды верующего

Хадж, просветление и последующая борьба с нафсом

5. См. подробнее: Теймур Атаев. Мусульмане в современном мире. Как, с кем и в каком направлении двигаться?

6. Абд уль-Хамид А. Абу Сулейман. От исламизации знаний – к исламизации образования и личности

7. Таха Джабир аль-Альвани. Недуг разногласий

 

Теймур Атаев - политолог, Баку, Азербайджан

Сентябрь 2010 года


URL:
Авторские колонки
Альманах
Ислам в современном мире


Минарет Ислама
Первый российский журнал исламской доктрины

XIII Фаизхановские чтения

Реклама